Категории раздела

Мои статьи [1]
Историческая публицистика [17]
Энциклопедические и справочные статьи [6]
Православное учение [2]

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Форма входа

Поиск

Друзья сайта

  • Православие.ru
  • Всё о фамилии Высоцкие
  • Православный календарь
  • Молекулярная генеалогия
  • Дворянский род Аксаковых
  • Генеалогический форум ВГД
  • Лаборатория Альтернативной Истории
  • Кольцо генеалогических сайтов

    Следующий

    Случайный

    Список

    Воскресенье, 30.04.2017, 17:51
    Приветствую Вас Гость
    Главная | Регистрация | Вход | RSS

    Дворянский род Безручко-Высоцких

    Каталог статей

    Главная » Статьи » Историческая публицистика

    Сословия в Российской империи часть II

    Дворянство

    Основное привилегированное сословие Российской империи окончательно сформировалось в XVIII в. Его основу составили бывшие в Московской Руси привилегированные сословные группы так называемых "служилых по отечеству чинов" (т.е. по происхождению). Высшую из них составляли так называемые "думные чины" - думные бояре, окольничие, дворяне и думные дьяки, причем принадлежность к каждой из перечисленных сословных групп определялась как происхождением, так и прохождением "государевой службы". Достичь боярства можно было службой, например, из московских дворян. В то же время ни один сын думного боярина не начинал службу прямо с этого чина - ему нужно было сначала побывать хотя бы в стольниках. Затем шли чины московские: стольники, стряпчие, дворяне московские и жильцы. Ниже московских шли городовые чины: дворяне выборные (или выбор), дети боярские дворовые и дети боярские городовые. Различались они между собою не только "отечеством", но и характером службы и имущественным положением. Думные чины возглавляли государственный аппарат. Московские чины несли придворную службу, составляли так называемый "государев полк" (своего рода гвардию), назначались на руководящие должности в армию и в местную администрацию. Все они имели значительные вотчины или были наделены подмосковными поместьями. Дворяне выборные по очереди посылались для службы при дворе и в Москве, а также служили "дальнюю службу", т.е. ходили в дальние походы и несли административные обязанности вдалеке от уезда, в котором находились их поместья. Дети боярские дворовые также несли дальнюю службу. Дети боярские городовые в силу своего имущественного положения не могли нести дальней службы. Они несли службу городовую или осадную, составляя гарнизоны своих уездных городов.
    Все эти группы отличались тем, что службу свою наследовали (и могли продвигаться по ней вверх) и обладали наследственными вотчинами, либо, по достижении совершеннолетия, верстались поместьями, которые и были вознаграждением за их службу.
    К промежуточным сословным группам относились так называемые служилые люди по прибору, т.е. завербованные или мобилизованные правительством в стрельцы, пушкари, затинщики, рейтары, копейщики и т.д., причем их дети также могли наследовать службу отцов, но эта служба не была привилегированной и не предоставляла возможностей иерархического возвышения. За эту службу давалось денежное вознаграждение. Земли (при приграничной службе) давались в так называемые "вопчие дачи", т.е. не в поместье, а как бы в общинное владение. В то же время, по крайней мере на практике, не исключалось их владение холопами и даже крестьянами.
    Другой промежуточной группой были подьячие разных категорий, составлявшие основу бюрократической машины Московского государства, верставшихся в службу добровольно и получавших за свою службу денежное вознаграждение.
    Служилые люди были свободны от налогов, падавших всей своей тяжестью на тяглых людей, но никто из них, от городового сына боярского до думского боярина, не был освобожден от телесного наказания и в любую минуту мог быть лишен чина, всех прав и имущества. "Государева служба" для всех служилых людей была обязательна, и освободиться от нее можно было лишь за болезнями, ранами и старостью.
    Единственный имевшийся в Московской Руси титул - князь - не давал никаких особых преимуществ, кроме самого титулования и зачастую не означал ни высокого положения на служебной лестнице, ни крупной земельной собственности.
    Принадлежность к служилым людям по отечеству - дворянам и детям боярским - фиксировалась в так называемых десятнях, т.е. списках служилых людей, составлявшихся при их смотрах, разборах и верстании, а также в даточных книгах Поместного приказа, где обозначались размеры поместий, даваемых служилым людям.
    Суть петровских реформ применительно к дворянскому сословию состояла в том, что, во-первых, все категории служилых людей по отечеству слились в одно "благородное шляхетское сословие" (29), причем каждый член этого сословия от рождения был равен всем остальным, а все различия определялись разницей в положении на служебной лестнице, по Табели о рангах, во-вторых, приобретение дворянства службой было узаконено (30) и формально регламентировано (дворянство давал первый обер-офицерский чин в военной службе и чин 8-го класса - коллежского асессора - в гражданской) (31), в-третьих, каждый член этого сословия был обязан находиться на государственной службе, военной или гражданской, вплоть до старости или потери здоровья, в-четвертых, было установлено соответствие военных и гражданских чинов, унифицированных в табели о рангах, в-пятых, были окончательно устранены все различия между поместьями как формой условного владения и вотчинами на основе единого права наследования и единой обязанности служить. Многочисленные мелкие промежуточные группы "старых служб людей" были одним решительным актом лишены привилегий и приписаны к государственным крестьянам.
    Дворянство было, прежде всего, служилым сословием с формальным равенством всех членов этого сословия и принципиально открытым характером, позволявшим включать в ряды сословия наиболее преуспевших в государственной службе представителей низших сословий.
    Титулы: исконный для России княжеский титул и новые - графский и баронский - имели значение только почетных родовых наименований и кроме прав на титулование никаких особых прав и привилегий своим носителям не предоставляли.
    Особые привилегии дворянства в отношении суда и порядка отбывания наказаний не были формально узаконены, а существовали скорее на практике. От телесных наказаний дворяне освобождены не были.
    В отношении прав собственности важнейшей привилегией дворянства была монополия на владение населенными имениями и дворовыми людьми, хотя эта монополия была еще недостаточно регламентированной и абсолютной.
    Реализацией привилегированного положения дворянства в области образования стало учреждение в 1732 г. Шляхетского корпуса.
    Окончательно все права и преимущества российского дворянства были оформлены Жалованной грамотой дворянству, утвержденной Екатериной II 21 апреля 1785 г. (32).
    Этот акт формулировал само понятие дворянства как наследственного привилегированного служилого сословия. Он устанавливал порядок приобретения и доказательства дворянства, его особые права и преимущества, в том числе свободу от налогов и телесных наказаний, а также от обязательной службы. Этим актом учреждалась дворянская корпоративная организация с местными дворянскими выборными органами. А екатерининская губернская реформа 1775 г. несколько ранее закрепляла за дворянством право избрания кандидатов на ряд местных административных и судебных должностей (33).
    Жалованная грамота дворянству окончательно закрепляла монополию этого сословия на владение "крепостными душами". Этим же актом впервые была узаконена такая категория, как личные дворяне. Основные права и привилегии, предоставленные дворянству Жалованной грамотой, оставались, с некоторыми уточнениями и изменениями, в силе вплоть до реформ 1860-х гг., а по ряду положений и до 1917 г. Приобретение и подтверждение прав дворянства.
    Потомственное дворянство, по самому смыслу определения этого сословия, передавалось по наследству и, таким образом, приобреталось потомками дворян при рождении. Женщины недворянского происхождения приобретали дворянство при вступлении в брак с дворянином. При этом они не утрачивали дворянских прав при вступлении во второй брак в случае вдовства. В то же время женщины дворянского происхождения не утрачивали своего дворянского достоинства при вступлении в брак с недворянином, хотя дети от такого брака наследовали сословную принадлежность отца.
    Дворянство, далее, могло быть приобретено специальным высочайшим пожалованием, но на практике такие случаи были весьма редкими.
    Табель о рангах определяла порядок приобретения дворянства службой: достижение первого обер-офицерского чина на военной службе и чина 8-го класса на гражданской. 18 мая 1788 г. было запрещено присваивать потомственное дворянство лицам, получившим военный обер-офицерский чин при отставке, но в этом чине не служившим (34). Манифест 11 июля 1845 г. повысил планку достижения дворянства службой: отныне потомственное дворянство присваивалось лишь тем, кто получил в военной службе первый штаб-офицерский чин (майора, 8-го класса), а в гражданской службе чин 5-го класса (статского советника), причем эти чины необходимо было получит в действительной службе, а не при отставке. Личное дворянство присваивалось на военной службе получившим обер-офицерский чин, а на гражданской - чины от 9-го до 6-го класса (от титулярного до коллежского советника) (35). С 9 декабря 1856 г. потомственное дворянство на военной службе стал приносить чин полковника (капитана 1-го ранга на флоте), а на гражданской - действительного статского советника (36). Жалованная грамота дворянству указала на еще один источник приобретения дворянского достоинства - награждение одним из российских орденов.
    Государственный совет 30 октября 1826 г. мнением своим постановил, что "в отвращение от недоразумений о чинах и орденах, лицам купеческого сословия всемилостивейше даруемых" впредь такие пожалования должны приносить только личное, а не потомственное дворянство (37).
    27 февраля 1830 г. Государственный совет подтвердил, что дети чиновников недворян и лиц духовного звания, получивших ордена, рожденные до пожалования их отцам этой награды, пользуются правами дворянства, равно как и дети купцов, получивших ордена до 30 октября 1826 г. (38).
    Но по новому статуту ордена Св. Анны, утвержденному 22 июля 1845 г., права потомственного дворянства полагались только награжденным 1-й степенью этого ордена (39); по указу 28 июня 1855 г. такое же ограничение было установлено и для ордена Св. Станислава (40). Таким образом, только у орденов Св. Владимира (кроме купцов) (41) и Св. Георгия все степени давали право на потомственное дворянство. С 28 мая 1900 г. право на потомственное дворянство стал давать лишь орден Св. Владимира 3-й степени (42).
    Другим ограничением в праве получения дворянства по ордену был порядок, по которому потомственное дворянство присваивалось лишь награжденным орденами за действительную службу, а не за неслужебные отличия, например, за благотворительность.
    Периодически возникал и ряд других ограничений: например, запрещение причислять к потомственному дворянству чинов бывшего Башкирского войска, награжденных какими-либо орденами (43), представителей римско-католического духовенства, награжденных орденом Св. Станислава (православное духовенство этим орденом не награждалось) (44) и др.
    В 1900 г. лица иудейского исповедания были лишены права приобретать дворянство чинами на службе и пожалованием орденов (45).
    Просить о возведении в потомственное дворянство могли внуки личных дворян (т.е. потомки двух поколений лиц, получивших личное дворянство и состоявших на службе не менее 20 лет каждый) (46), старшие внуки именитых граждан (звание, существовавшее с 1785 по 1807 гг.) по достижении 30-летнего возраста, если их деды, отцы и сами они "сохраняли именитость беспорочно", а также - по традиции, законодательно не оформленной, - купцы 1-й гильдии по случаю 100-летнего юбилея их фирмы. Так, например, получили дворянство основатели и владельцы Трехгорной мануфактуры Прохоровы.
    Особые правила действовали для ряда промежуточных групп. Поскольку в число однодворцев попали и обедневшие потомки старинных дворянских родов (при Петре I некоторые из них записывались в однодворцы, чтобы избежать обязательной службы), имевшие дворянские грамоты, 5 мая 1801 г. им было предоставлено право отыскивать и доказывать потерянное их предками дворянское достоинство (47). Но уже через 3 года повелено было рассматривать их доказательства "со всею строгостью", наблюдая при этом, чтобы в дворянство не были допущены люди, утратившие его "за вины и отбывательство от службы" (48). 28 декабря 1816 г. Государственный совет признал, что одного доказательства наличия дворянских предков для однодворцев недостаточно, необходимо еще достижение дворянства через службу. Для этого однодворцам, представившим доказательства их происхождения от дворянского рода, предоставлялось право поступления на военную службу с освобождением от повинностей и производством в первый обер-офицерский чин через 6 лет (49). После введения в 1874 г. всеобщей воинской повинности однодворцам было предоставлено право восстанавливать утраченное предками дворянство (при наличии соответствующих доказательств, подтвержденных свидетельством дворянского собрания их губернии) путем поступления на военную службу в качестве вольноопределяющихся и получения офицерского чина в общем порядке, предусмотренном для вольноопределяющихся (50).
    В 1831 г. польская шляхта, не оформившая со времени присоединения к России Западных губерний российского дворянства путем представления доказательств, предусмотренных Жалованной грамотой, была записана в однодворцы или "граждане" (51).
    3 июля 1845 г. правила о возвращении дворянского состояния однодворцам были распространены на лиц, принадлежавших к бывшей польской шляхте (52).

    В казачьих войсках к потомственному дворянству причислялись:
    по Войску Донскому - лица, получившие штаб-офицерские чины на основании утвержденного Екатериной II доклада 14 февраля 1775 г., войсковые старшины, считавшиеся на основании этого доклада зауряд младшими перед армейскими секунд-майорами и старшинами по отношению к капитанам, войсковые чиновники, признанные указом 22 сентября 1798 г. армейскими чинами, лица, произведенные в войсковые офицерские чины после указа 22 сентября 1798 г. о сравнении их с чинами с регулярными войсками и до указа 29 сентября 1802 г., и, наконец, лица, произведенные в войсковые офицерские чины после указа 29 сентября 1802 г. и до манифеста 11 июня 1845 г. (53);
    по Войску Уральскому - войсковые чиновники, признанные указом 9 апреля 1799 г. армейскими чинами, лица, произведенные в войсковые офицерские чины после сравнения их в чинах с регулярными войсками указом 9 апреля 1799 г. до указа 26 декабря 1803 г. и после этого указа до манифеста 11 июня 1845 г. (54);
    по Войску Астраханскому - войсковые чиновники, Положением 7 мая 1817 г. сравненные в чинах с регулярными войсками, и лица, произведенные в войсковые офицерские чины после 7 мая 1817 г. и до манифеста 11 июня 1845 г. (55);
    по Войску Оренбургскому - войсковые чиновники, Положением 12 декабря 1840 г. сравненные в чинах с регулярными войсками, лица, произведенные в войсковые офицерские чины после 12 декабря 1840 г. и до манифеста 11 июня 1845 г., а также войсковые чиновники бывшего Оренбургского тысячного казачьего полка, сравненные с армейскими чинами по "высочайше утвержденному докладу" 8 июня 1803 г. (56);
    по Войску Кубанскому (бывшему Черноморскому) - войсковые чиновники, получившие армейские чины по докладу, утвержденному Александром I 13 ноября 1802 г., и лица, получившие войсковые офицерские чины после 13 ноября 1802 г. и до манифеста 11 июня 1845 г. (57);
    по Войску Терскому (бывшему Кавказскому Линейному) - войсковые чиновники, по Положению 14 февраля 1845 г. сравненные в чинах с армией, и лица, получившие войсковые офицерские чины после упомянутого положения и до манифеста 11 июня 1845 г. (58);
    по Войску Сибирскому (бывшему Сибирскому Линейному) - лица, получившие действительные армейские чины до манифеста 11 июня 1845 г., и все, получившие до указа 6 декабря 1849 г. чин полковника или получившие чин войскового старшины за военные подвиги, а также офицеры конно - артиллерийской роты, переименованные указом 9 июня 1812 г. в армейские чины или произведенные в чины до 11 июня 1845 г., а также лица, дослужившиеся до чина войскового старшины после 6 декабря 1849 г., но до 9 декабря 1856 г. (59).
    По Донскому, Уральскому, Астраханскому, Оренбургскому, Кубанскому и Терскому казачьим войскам к потомственному дворянству причислялись также лица, получившие действительные армейские офицерские чины до сравнения казачьих войск в чинах с регулярными войсками, и все, дослужившиеся с 11 июня 1845 г. по 9 декабря 1856 г. до чина войскового старшины.
    По Забайкальскому казачьему войску, в Иркутском и Енисейском казачьих конных полках, а также в упраздненных казачьих войсках, не имевших сравнения в чинах с армией, - Азовском и Новороссийском, к потомственному дворянству причислялись все лица, получившие действительные армейские чины до манифеста 11 июня 1845 г., все, дослужившиеся до чина полковника или получившие действительный чин войскового старшины за военные подвиги до 9 декабря 1856 г., а по Новороссийскому войску - произведенные в войсковые старшины с 13 ноября 1844 г. до 23 февраля 1848 г. (60).
    По упраздненному Башкирскому войску лица, получившие в службе действительные офицерские чины до 14 мая 1863 г., утверждались в потомственное дворянство по правилам, действовавшим для Забайкальского казачьего войска.
    Потомственными дворянами признавались лица, имевшие упраздненные малороссийские чины:
    генерального обозного, генерального судьи, генерального подскарбия, генерального писаря, генерального есаула, генерального хорунжего, генерального бунчужного, полковника войскового правления, бунчукового товарища, обозного полкового Артиллерийского правления, есаула Артиллерийского правления, хорунжего Артиллерии генеральной Артиллерийского правления, полкового есаула, хорунжего и сотника Войскового правления, атамана Артиллерии генеральной, войскового товарища полкового и писаря полкового Статского правления, а также подкормия, земского судьи и подсудка, получивших эти чины во время существования в Малороссии гетманского правления.
    При присоединении новых территорий к России местная знать, как правило, включалась в состав российского дворянства. Так произошло с татарскими мурзами, грузинскими князьями и др. Для других народов дворянство достигалось получением соответствующих военных и гражданских чинов на российской службе или российских орденов. Так, например, нойоны и зайсанги калмыков, кочующих в Астраханской и Ставропольской губерниях (донские калмыки были записаны в Войско Донское и на них распространялся порядок получения дворянства, принятый для донских войсковых чинов), по получении орденов пользовались правами личного или потомственного дворянства по общему положению. Старшие султаны сибирских киргизов могли просить о потомственном дворянстве, если они прослужили в этом звании по выборам три трехлетия. Носители других почетных званий народов Сибири не имели особых прав на дворянство, если последние не были присвоены кому-либо из них отдельными грамотами или если они не производились в чины, приносящие дворянство.
    Независимо от способа получения потомственного дворянства, все потомственные дворяне в Российской империи пользовались одинаковыми правами. Наличие титула не давало носителям этого титула также никаких особенных прав. Различия были лишь в зависимости от размеров недвижимости (до 1861 г. - населенных имений). С этой точки зрения, все дворяне Российской империи могли быть разделены на 3 разряда: 1) дворяне, внесенные в родословные книги и владеющие недвижимым имуществом в губернии; 2) дворяне, внесенные в родословные книги, но недвижимым имуществом не владеющие; 3) дворяне, не внесенные в родословные книги. В зависимости от размеров владения недвижимым имуществом (до 1861 г. - от количества крепостных душ) находилась степень полноправности участия дворян в дворянских выборах. От внесения в родословные книги той или иной губернии зависело участие в этих выборах и вообще принадлежность к дворянскому обществу той или иной губернии или уезда. Дворяне владевшие в губернии недвижимым имуществом, подлежали записи в родословные книги этой губернии но внесение в эти книги осуществлялось лишь по ходатайствам этих дворян. Поэтому немало дворян, получивших свое дворянство через чины и ордена, а также часть дворян иностранных, получивших права российского дворянства, не записывались в родословные книги каких-либо губерний.
    Лишь первый из перечисленных выше разрядов пользовался в полном объеме правами и преимуществами потомственного дворянства как в составе дворянских обществ, так и в отдельности принадлежавшими каждому лицу. Второй разряд пользовался в полном объеме правами и преимуществами, принадлежавшими каждому лицу, а правами в составе дворянских обществ в ограниченном объеме. И, наконец, третий разряд пользовался правами и преимуществами дворянства, присвоенными каждому отдельному лицу, и не пользовался никакими правами в составе дворянских обществ. При этом любое лицо из третьего разряда могло по своему желанию в любой момент перейти во второй или первый разряд, переход же из второго разряда в первый и наоборот зависел исключительно от материального положения.
    Каждый дворянин, в особенности не служащий, должен был записываться в родословную книгу той губернии, где он имел постоянное место жительства, если он владел в этой губернии какой-либо недвижимостью, хотя бы эта недвижимость была и менее значительна, чем в других губерниях. Дворяне, имевшие необходимый имущественный ценз сразу в нескольких губерниях, могли записываться в родословные книги всех тех губерний, где они желали участвовать в выборах. При этом дворяне доказавшие свое дворянство по предкам, но не имевшие нигде никакой недвижимости, вносились в книгу той губернии, где предки их владели имением. Получившие дворянство по чину или ордену могли вноситься в книгу той губернии, где они пожелают, независимо от наличия у них там недвижимости. Это же правило распространялось и на иностранных дворян, но последние вносились в родословные книги лишь после предварительного о них представления Департаменту герольдии. Потомственные дворяне казачьих войск вносились: Войска Донского в родословную книгу этого войска, а остальных войск - в родословные книги тех губерний и областей, где находились эти войска. При внесении дворян казачьих войск в родословные книги обозначалась их принадлежность к этим войскам.
    Не вносились в родословные книги личные дворяне. Родословная книга разделялась на шесть частей. В первую часть вносились "роды дворянства жалованного или действительного"; во вторую часть - роды дворянства военного; в третью - роды дворянства, приобретенного на службе гражданской, а также получившие право потомственного дворянства по ордену; в четвертую - все иностранные роды; в пятую - титулованные роды; в шестую часть - "древние благородные дворянские роды".
    На практике в первую часть записывались и лица, получившие дворянство по ордену, особенно если этот орден жаловался вне обычного служебного порядка. При юридическом равенстве всех дворян, независимо от того, в какую часть родословной книги они были записаны, запись в первую часть считалась менее почетной, чем во вторую и третью, а все вместе три первые части - менее почетными, чем пятая и шестая. В пятую часть вносились роды, имевшие российские титулы баронов, графов, князей и светлейших князей, причем баронство остзейское означало принадлежность к древнему роду, баронство, пожалованное российскому роду - его изначально незнатное происхождение, занятие торговлей и промышленностью (бароны Шафировы, Строгановы и др.). Графский титул означал особо высокое положение и особую императорскую милость, возвышение рода в XVIII - нач. XIX вв., так что в иных случаях был даже более почетным, чем княжеский, не подкрепленный высоким положением носителя этого титула. В XIX - нач. XX вв. графский титул давался часто при отставке министра или в знак особого монаршего благоволения к последнему, в качестве награды. Именно такого происхождения графство Валуевых, Деляновых, Витте, Коковцовых. Сам по себе княжеский титул в XVIII - XIX вв. не означал особо высокого положения и не говорил ни о чем, кроме древности происхождения рода. Княжеских родов в России было намного больше, чем графских, причем среди них было много князей татарских, грузинских; был даже род тунгусских князей - Гантимуровых. О наибольшей знатности и высоком положении рода свидетельствовал титул светлейших князей, выделявший носителей этого титула из прочих князей и дававший право на титулование "ваша светлость" (обычные князья, как и графы, пользовались титулом "сиятельства", а баронам особого титулования присвоено не было).
    В шестую часть вносились роды, дворянство которых насчитывало столетие на момент издания Жалованной грамоты, но в силу недостаточной определенности закона при рассмотрении ряда дел столетний срок исчислялся по времени рассмотрения документов на дворянство. На практике чаще всего доказательства для внесения в шестую часть родословной книги рассматривались особенно придирчиво, в то же время запись во вторую или третью часть не встречала (при наличии соответствующих доказательств) никаких препятствий. Формально запись в шестую часть родословной книги не давала никаких привилегий, кроме одной единственной: в Пажеский корпус, Александровский (Царскосельский) лицей и в училище правоведения зачислялись только сыновья дворян, записанных в пятую и шестую части родословных книг.
    Доказательствами дворянства считались:
    дипломы на пожалование дворянским достоинством, жалованные от монархов гербы, патенты на чины, доказательства пожалования ордена, доказательства "чрез жалованные или похвальные грамоты", указы на пожалование земель или деревень, верстание по дворянской службе поместьями, указы или грамоты на пожалование их поместьями и вотчинами, указы или грамоты на жалованные деревни и вотчины (хотя бы и утраченные родом впоследствии), указы, наказы или грамоты, данные дворянину на посольство, посланничество или иную посылку, доказательства о дворянской службе предков, доказательства, что отец и дед "вели благородную жизнь или состояние или службу, сходственную с дворянским названием", подкрепленные свидетельством 12 человек, о дворянстве которых нет сомнения, купчие, закладные, рядные и духовные о дворянском имении, доказательства, что отец и дед владели деревнями, а также доказательства " поколенные и наследственные, восходящие от сына к отцу, деду, прадеду и так выше, сколько показать могут и пожелают" (родословия, поколенные росписи)(61).
    Первой инстанцией для рассмотрения доказательства дворянства были дворянские депутатские собрания, состоявшие из депутатов от уездных дворянских обществ (по одному от уезда) и губернского предводителя дворянства. Дворянские депутатские собрания рассматривали предъявляемые доказательства на дворянство, вели губернские родословные книги и отсылали сведения и выписки их этих книг в губернские правления и в Департамент герольдии Сената, а также выдавали грамоты на внесение дворянских родов в родословную книгу, выдавали дворянам по их просьбе списки с протоколов, по которым род их внесен в родословную книгу, или свидетельства о дворянстве. Права дворянских депутатских собраний были ограничены внесением в родословную книгу только тех лиц, которые уже неопровержимо доказали свое дворянство. Возведение в дворянство или восстановление в дворянстве не входило в их компетенцию. При рассмотрении доказательств дворянские депутатские собрания не имели права толковать или пояснять действующие законы. Они должны были рассматривать доказательства только тех
    лиц, которые владеют или владели в данной губернии недвижимостью сами или через жен. Но отставных военных или чиновников, избравших при отставке местом жительства данную губернию, депутатские собрания могли беспрепятственно сами вносить в родословные книги при предъявлении патентов на чины и заверенных послужных или формулярных списков, а также утвержденные духовными консисториями метрических свидетельств на детей.
    Родословные книги составлялись в каждой губернии депутатским собранием совместно с губернским предводителем дворянства.
    Уездные же предводители дворянства составляли алфавитные списки дворянских родов своего уезда с указанием о каждом дворянине имени и фамилии, сведений о браке, жене, детях, недвижимости, месте жительства, чине и нахождении на службе или в отставке. Эти списки представлялись за подписью уездного предводителя дворянства губернскому. На этих списках основывалось депутатское собрание при внесении в родословную книгу каждого рода, причем решение о таком внесении должно было основываться на неопровержимых доказательствах и приниматься не менее, чем двумя третями голосов.
    Определения депутатских собраний поступали на ревизию в Департамент герольдии Сената, кроме дел о лицах. приобретших дворянство в порядке службы. При отправлении дел на ревизию в Департамент герольдии дворянские депутатские собрания должны были следить, чтобы приложенные к этим делам родословные содержали сведения по каждому лицу о доказательствах его происхождения, а метрические свидетельства заверены в консистории. Департамент герольдии рассматривал дела о дворянстве и родословных книгах, рассматривал права на дворянское достоинство и на титулы князей, графов и баронов, а также и на почетное гражданство, осуществлял выдачу в установленном законом порядке грамот, дипломов и свидетельств на эти права, рассматривал дела о перемене фамилий дворян и почетных граждан, составлял гербовник дворянских родов и городовой гербовник, утверждал и составлял новые дворянские гербы и выдавал копии с гербов и родословных.
    При рассмотрении дел о доказательстве дворянства для отдельных местностей и народов (конфессий) существовал особый порядок. Так, при рассмотрении дел об отыскивающих дворянство греках и магометанах, в случае недостатка или отсутствия требуемых общим законодательством доказательств, депутатские собрания обязаны были свои отрицательные заключения, не приводя их в исполнение и не объявляя просителям, отсылать губернатору, который имел право, если, несмотря на недостаток письменных доказательств, дворянство данного лица "не подлежит сомнению, было оглашено общею и одновременною в народе известностью или доказано какими либо особыми событиями", направлять свои представления об этом министру юстиции, последний же вносил их на рассмотрение в Государственный совет (в Департамент гражданских и духовных дел).

    Почетное гражданство

    В категорию именитых граждан вошли три группы горожан:
    имеющие заслуги на выборной городской службе (не включенные в систему государственной службы и не вписанные в Табель о рангах), ученые, художники, музыканты (вспомним, что до конца XVIII в. ни Академия Наук, ни Академия Художеств не были включены в систему Табели о рангах) и, наконец, верхушка купечества. Представителей этих трех, разнородных, по сути дела групп объединяло то, что, не имея возможности достичь государственной службой, они могли претендовать на определенные сословные привилегии лично и желали распространить их и на свое потомство.
    Именитые граждане были освобождены от телесного наказания и рекрутской повинности. Им разрешалось иметь загородные дворы и сады (кроме заселенных имений) и ездить по городу парой и четверней (привилегия "благородного сословия"), не возбранялось иметь и заводить фабрики, заводы, морские и речные суда. Звание именитых граждан передавалось по наследству, что делало их выраженной сословной группой. Внуки именитых граждан, отцы и деды которых несли это звание беспорочно, по достижении ими 30 лет от роду могли просить о присвоении им дворянства.
    Эта сословная категория просуществовала недолго. 1 января 1807 г. звание именитых граждан для купцов было отменено "как смешивающее разнородные достоинства" (62). При этом оно было оставлено в качестве отличия для ученых и художников, но поскольку к тому времени ученые были включены в систему государственной службы, дающей личное и потомственное дворянство, звание это перестало быть актуальным и практически исчезло.
    19 октября 1831 г., в связи с "разбором" шляхты, при исключении значительной массы мелкого шляхетства из числа дворян и записи их в однодворцы и в городские сословия, те их них, "кои обращаются в каких-либо ученых занятиях" - врачи, учителя, художники и т.п., а также имеющие узаконенные свидетельства на адвокатское звание, " для различия от производящих мещанский промысел или находящихся в услужении и других низших занятиях" получали звание почетных граждан (63). Затем, 1 декабря 1831 г., было уточнено, что из художников к этому званию следует причислять только живописцев, литографов, граверов и проч. резчиков на камнях и металлах, архитекторов, скульпторов и т.п., имеющих диплом или свидетельство академии.
    Манифестом 10 апреля 1832 г.(64) во всей империи было введено новое сословие почетных граждан, делившихся, как и дворяне, на потомственных и личных. В число потомственных почетных граждан вошли дети личных дворян, дети лиц, получивших звание потомственного почетного гражданина, т.е. рожденные в этом состоянии, купцы, пожалованные званиями коммерции и мануфактур-советников, купцы, награжденные (после 1826 г.) одним из российских орденов, а также купцы, пробывшие 10 лет в 1-й гильдии или 20 лет во 2-й и не впадавшие в банкротство. О получении личного почетного гражданства могли просить лица, окончившие российские университеты, художники свободных состояний, окончившие Академию Художеств или получившие диплом на звание художника Академии, иностранные ученые, художники, а также торгующие капиталисты и хозяева значительных мануфактурных и фабричных заведений, хотя бы они и не были российскими подданными. Потомственное почетное гражданство могло жаловаться "по отличиям в науках" лицам, уже имеющим личное почетное гражданство, лицам, имеющим ученые степени доктора или магистра, воспитанникам Академии Художеств через 10 лет после ее окончания "за отличия в художествах" и иностранцам, принявшим российское подданство и пробывшим в нем 10 лет (если ранее они получили звание личного почетного гражданина).
    Звание потомственного почетного гражданина наследовалось. Муж сообщал почетное гражданство жене, если та принадлежала по рождению к одному из низших сословий, причем вдова не теряла этого звания со смертью мужа.
    Утверждение в потомственном почетном гражданстве и выдача грамот на него были возложены на Герольдию.
    Почетные граждане пользовались свободой от подушной подати, от рекрутской повинности, от постоя и телесного наказания. Они имели право участвовать в городских выборах и избираться в общественные должности не ниже тех, в которые избираются купцы 1-й и 2-й гильдий. Почетные граждане имели право употреблять это наименование во всех актах.
    Утрачивалось почетное гражданство по суду, в случае злостного банкротства; некоторые права почетных граждан утрачивались при записи в ремесленные цехи.
    В 1833 г. было подтверждено, что почетные граждане не включаются в общую перепись, а по каждому городу им ведутся особые списки (65). В дальнейшем круг лиц, имевших право на почетное гражданство, уточнялся и расширялся.
    В 1836 г. было установлено, что просить о личном почетном гражданстве могут лишь выпускники университетов, получившие при окончании какую-либо ученую степень (66). В 1839 г. право на почетное гражданство было предоставлено артистам императорских театров (1-го разряда, прослужившим определенный срок на сцене) (67). В том же году это право (лично) получили воспитанники высшего коммерческого пансиона в С.-Петербурге (68). В 1844 г. право получения почетного гражданства было распространено на служащих Российско-Американской компании (из сословий, не имеющих права на государственную службу)(69) . В 1845 г. было подтверждено право на потомственное почетное гражданство купцов, получивших ордена Св. Владимира и Св. Анны (70). С 1845 г. потомственное почетное гражданство стали приносить гражданские чины с 14-го по 10-й класс. В 1848 г. право получения почетного гражданства (личного) было распространено на выпускников Лазаревского института (71). В 1849 г. к почетным гражданам были причислены врачи, фармацевты и ветеринары (72). В этом же году право на личное почетное гражданство было предоставлено выпускникам гимназий детям личных почетных граждан, купцов и мещан (73). В 1849 г. личные почетные граждане получили возможность поступать на военную службу на правах вольноопределяющихся (74). В 1850 г. право на награждение званием личного почетного гражданина получили евреи, состоящие по особым поручениям при генерал-губернаторах в черте оседлости ("ученые евреи при губернаторах") (75). В дальнейшем были уточнены права потомственных почетных граждан на поступление в государственную службу, а также расширен круг учебных заведений, окончание которых давало право на личное почетное гражданство. В 1862 г. право на почетное гражданство получили технологи 1-го разряда и инженеры-технологи, окончившие С.-Петербургский технологический институт (76). В 1865 г. было установлено, что отныне в потомственное почетное гражданство купцы 1-й гильдии возводятся после пребывания в ней "сряду" не менее 20 лет (77). В 1866 г. право на получение потомственного почетного гражданства было предоставлено купцам 1-й и 2-й гильдий, купившим имения в Западных губерниях ценой не менее 15 тыс. руб.
    К почетному гражданству были также причислены представители верхушки горожан и духовных лиц некоторых народов и местностей России: тифлисские первостатейные мокалаки (78), жители городов Анапы, Новороссийска, Поти, Петровска и Сухума, по представлению начальства за особые заслуги (79), зайсанги из калмыков Астраханской и Ставропольской губерний, не имеющие чинов и владеющие наследственными аймаками (потомственное почетное гражданство, не имеющие получали личное) (80), караимы, занимавшие не менее 12 лет духовные должности гахамов (потомственно), газзанов и шамасей (лично) (81) и др.
    В результате на начало XX в. к потомственным почетным гражданам по рождению принадлежали дети личных дворян, обер-офицеров, чиновников и духовных лиц, пожалованных орденами Св. Станислава и Св. Анны (кроме 1-х степеней), дети священнослужителей православного и армяно-григорианского исповедания, дети церковных причетников (дьячков, пономарей и псаломщиков), окончившие курс в духовных семинариях и академиях и получившие там ученые степени и звания, дети протестантских проповедников, дети лиц, исполнявших беспорочно в течение 20 лет должность закавказского шейх-уль-ислама или закавказского муфтия, калмыкские зайсанги, не имевшие чинов и владеющие наследственными аймаками, и, разумеется, дети потомственных почетных граждан, а к личным почетным гражданам по рождению принадлежали усыновленные дворянами и потомственными почетными гражданами, вдовы церковных причетников православного и армяно-григорианского исповеданий, дети высшего закавказского мусульманского духовенства, если их родители исполняли беспорочно службу в течение 2 лет, зайсанги из калмыков Астраханской и Ставропольской губерний, не имеющие ни чинов, ни наследственных аймаков.
    Личное почетное гражданство могло испрашиваться за 10 лет полезной деятельности, а после пребывания в течение 10 лет в личном почетном гражданстве за эту же деятельность могло испрашиваться и потомственное почетное гражданство.
    Потомственное почетное гражданство присваивалось окончившим некоторые учебные заведения, коммерции и мануфактур-советникам, купцам, получившим один из российских орденов, купцам 1-й гильдии пробывшим в ней не менее 20 лет, артистам императорских театров 1-го разряда, прослужившим не менее 15 лет, кондукторам флота, прослужившим не менее 20 лет, караимским гахамам, пробывшим в должности не менее 12 лет. Личное почетное гражданство, кроме уже упомянутых лиц, получали поступавшие в гражданскую службу при производстве в чин 14-го класса, окончившие курс в некоторых учебных заведениях, уволенные из гражданской службы с чином 14-го класса и получившие при отставке из военной службы обер-офицерский чин, управляющие сельскими ремесленными мастерскими и мастера этих заведений после службы, соответственно, 5 и 10 лет, управляющие, мастера и преподаватели технических и ремесленных учебных мастерских Министерства торговли и промышленности, прослужившие 10 лет, мастера и мастера-техники низших ремесленных школ Министерства народного просвещения, также прослужившие не менее 10 лет, артисты императорских театров 1-го разряда, прослужившие 10 лет на сцене, кондукторы флота, прослужившие 10 лет, лица, имеющие судоводительские звания и проплававшие не менее 5 лет, судовые механики, проплававшие 5 лет, почетные блюстители еврейских учебных заведений, исполняющие эту должность не менее 15 лет, "ученые евреи при губернаторах" за особые заслуги после службы не менее 15 лет, мастера императорской Петергофской гранильной фабрики, прослужившие не менее 10 лет и некоторые другие категории лиц.
    Если почетное гражданство принадлежало данному лицу по праву рождения, оно не требовало особого подтверждения, если присваивалось, требовалось решение Департамента герольдии Сената и грамота из Сената (82).
    Принадлежность к почетным гражданам могла совмещаться с пребыванием в других сословиях - купечестве и духовенстве - и не зависела от рода деятельности ( до 1891 г. лишь вхождение в некоторые цехи лишало почетного гражданина некоторых преимуществ его звания).
    Корпоративная организация почетных граждан отсутствовала.

    Казачество

    Казачество в Российской империи было особым военным сословием (точнее сословной группой) стоявшим особняком от прочих. В основе сословных прав и обязанностей казаков лежал принцип корпоративного владения войсковыми землями и свободы от повинностей при условии обязательной военной службы. Сословная организация казачества совпадала с военной. При выборном местном самоуправлении казаки подчинялись восковым атаманам (войсковым наказным или наказным), которые пользовались правами командующего военным округом или генерал-губернатора. С 1827 г. верховным атаманом всех казачьих войск считался наследник престола.
    К началу XX в. в России существовало 11 казачьих войск, а также казачьи поселения в 2-х губерниях.
    При атамане действовал войсковой штаб, на местах управление осуществляли атаманы отделов (на Дону - окружные), в станицах - избираемые станичными сходами станичные атаманы.
    Принадлежность к казачьему сословию была наследственной, хотя формально запись в казачьи войска для лиц других сословий не исключалась.
    При прохождении службы казаки могли достигать чинами и орденами дворянства. В этом случае принадлежность к дворянству сочеталась с принадлежностью к казачеству.

    Литература:
    1. РГИА, ф.1278, оп.1, 1 созыв, д.298; ф.1276, оп.2, д.1878 (1907-1908); ф.1405, оп.532, д.1402 (1917 г.); ф.797, оп.86, 1917 г., отд.3, ст.5, д.63.
    2. СЗ, т. I, ч. II, ст.19, п.2.
    3. РГИА. Ф. 1329
    4. ПСЗ, т. XXIV, N 17906, §5
    5. 2ПСЗ, т.45, N 48498
    6. ПСЗ, т.7, N 3704
    7. ПСЗ, т.7, N 3980. 112
    8. ПСЗ, т.22, N 16188
    9. ПСЗ, т.22, N 16188
    10. ПСЗ, т.6, N 3708
    11. ПСЗ, т.7, N 4624
    12. ПСЗ, т.20, N 14275; N 14327
    13. ПСЗ, т.22, N 16188
    14. ПСЗ, т.23, N 17223
    15. ПСЗ, т.29, N 22178
    16. ПСЗ, т.23, N 16194
    17. ПСЗ, т.29, N 22418
    18. ПСЗ, т.26, N 19347
    19. ПСЗ, т.31, N 24403
    20. ПСЗ, т.29, N 22418
    21. ПСЗ, т.39, N 30115
    22. 2ПСЗ, т.38, N 39118
    23. ПСЗ, т.7, N 4624
    24. 2ПСЗ, т.45, N 48498
    25. ПСЗ, т.8, 27.01.1732, N 5944; т.36, 16.07.1819, N 27886; т.39, 12.10.1821, N 28782
    26. ПСЗ, т.36, N 27886
    27. ПСЗ, т.7, 05.12.1727, N 5202; т.8, 16.04.1728, N 5264; т.18, 25.07.1769, N 13326; 2ПСЗ, т.1, 11.02.1826, N 139
    28. 2ПСЗ, т.1, 22.08.1826, N 544; т.2, 25.07.1827, N 1469
    29. ПСЗ, т.4, 16.01.1712, N 2467
    30. ПСЗ, т.6, N 3705
    31. ПСЗ, т.6, N 3890
    32. ПСЗ, т.22, N 16187
    33. ПСЗ, т.20, 07.11.1775, N 14392
    34. ПСЗ, т.22, N 16667
    35. 2ПСЗ, т.20, N 19086
    36. 2ПСЗ, т.31, N 31236
    37. 2ПСЗ, т.1, N 640
    38. 2ПСЗ, т.5, N 3507
    39. 2ПСЗ, т.20, N 19288
    40. 2ПСЗ, т.30, N 29466
    41. 2ПСЗ, т.20, N 19227
    42. 3ПСЗ, т.20, N 18681
    43. 2ПСЗ, т.6, 06.05.1831, N 4547
    44. 2ПСЗ, т.14, 28.05.1839, N 12835
    45. РГИА, ф.1149, оп.13, 1900 г., д.51
    46. ПСЗ, т.33, 24.09.1815, N 25952
    47. ПСЗ, т.26, N 19856
    48. ПСЗ, т.28, 18.12.1804, N 21560
    49. ПСЗ, т.33, N 26579
    50. 2ПСЗ, т.46, 10.06.1875, N 54801
    51. 2ПСЗ, т. , 19.10.1831, N 4869; 01.12.1831, N 4977
    52. 2ПСЗ, т.20, N 19158
    53. ПСЗ, т.20, 14.02.1775, N 14251; т.25, N 18673; т.27, N 20436; т.20, N 19086
    54. ПСЗ, т.25, N 18927; т.27, N 21101
    55. ПСЗ, т.34, N 26840
    56. 2ПСЗ, т.15, N 14041; ПСЗ, т.27, N 20786
    57. ПСЗ, т.27, N 20508
    58. 2ПСЗ, т.20, N 18739
    59. 2ПСЗ, т.24, N 23703; ПСЗ, т.32, N 5131
    60. 2ПСЗ, т.19, N 18526
    61. Свод законов. Т.9. Зак. о состояниях, ст.54
    62. ПСЗ, т.29, N22418
    63. 2ПСЗ, т.6, N 4869
    64. 2ПСЗ, т.7, N 5284
    65. 2ПСЗ, т.8, N 6265
    66. 2ПСЗ, т.11, N 9032
    67. 2ПСЗ, т.14, N 11934
    68. Там же, N 11971
    69. 2ПСЗ, т.19, N 18290
    70. 2ПСЗ, т.20, N 19227
    71. 2ПСЗ, т.23, N 22257
    72. 2ПСЗ, т.24, N23022
    73. Там же, N 23113
    74. 2ПСЗ, т.24, N 3239
    75. 2ПСЗ, т.25, N 24298
    76. 2ПСЗ, т.37, N 38439
    77. 2ПСЗ, т.40, N 41789
    78. 2ПСЗ, т.36, N 39936, N 40003
    79. 2ПСЗ, т.21, N 20707; т.32, N 32322; т.33, N 33780
    80. 2ПСЗ, т.9, N 7560-а
    81. 2ПСЗ, т.38, N 39460
    82. РГИА. Ф.1343, оп.39, 40, 41, 47. Содержит 13827 дел о почетном гражданстве. Ф.1405

    Категория: Историческая публицистика | Добавил: VictorBW (03.04.2015) | Автор: Алексей Тутов Подъесаул ЕЕКВ E
    Просмотров: 364 | Теги: Сословия Российкая Империя Казачест | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0